понедельник, 19 февраля 2018 г.

Рэй Бредбери. "Вино из одуванчиков"

·        ...в сущности, на этой скромной улочке маленького городка в большом штате огромного континента на планете Земля, мчавшейся в пропасть вселенной, никуда или куда-нибудь, была уже ночь...
·        Да, дрожит, ему не почудилось… Но отчего? Мама ведь больше, сильнее, умнее его? Неужели и она тоже чувствует эту неуловимую угрозу, то зловещее, что затаилось там, внизу, и сейчас выползет из темноты? Значит, можно вырасти и всё равно не стать сильным? Значит, стать взрослым вовсе не утешение? Значит, в жизни нет прибежища? Нет такой надежной цитадели, что устояла бы против надвигающихся ужасов ночи? Сомнения разрывали его.
·        Так вот оно что! Значит, это участь всех людей: каждый человек для себя – один-единственный на свете. Один – единственный, сам по себе среди великого множества других людей, и всегда боится.
·        Тьма поглотит в одно мгновенье; одно чудовищное, леденящее мгновенье – и всё кончено.
·        И даже если они сейчас только в пятистах шагах от тебя, а уж наверно так оно и есть, тёмный прибой может захлестнуть за три секунды и отнять у тебя все твои десять лет, и…
·        Жизнь – это одиночество.
·        В эту минуту перед каждым стоит своя, только своя задача, и каждый должен сам ее решить. Ты совсем один, пойми это раз и навсегда.
·        …разуму, семье, детям, счастью со всех сторон грозит чудище, имя которому – Смерть.
·        Сверчки застрекотали. Темнота отступила, испуганная, ошарашенная, злобная. Отступила, потеряв аппетит, - ведь она совсем уже собралась поживиться, и вдруг ей так грубо помешали. И когда темнота отхлынула, точно волна во время отлива, из нее возникли, смеясь, трое мальчишек.- Мам! Том! Привет! И сразу вокруг запахло Дугласом. Ведь от него всегда пахнет потом, травой, деревьями, ветвями и ручьём. – Вам предстоит порка, молодой человек, - объявила мама. От ее страхов и следа не осталось. Том знал – она никогда в жизни никому про это не расскажет, никогда. Но страх этот навсегда останется у нее в душе, и в душе Тома тоже.

·        Том улегся в постель рядом с братом; весь дрожа, он прислушивался к этому свисту и думал: далеко-далеко, там, где сейчас мчится поезд, жил их двоюродный брат – и умер от воспаления лёгких много лет назад, вот в такую же ночь… Дуглас лежал рядом, от него пахло потом. И это было как волшебство. Том перестал дрожать.